Так оставляют след

Федор Шилов

Сначала это были немецкие ортопедические ботинки, затем обувь английских маляров, потом английских скинхедов, ну и, в конце концов, интернациональной богемы. Все метаморфозы знаменитых ботинок Dr. Martens

Историю про ботинки Dr. Martens проще всего было начать с тех четырех (или пяти?) пар, что тихо покоятся в темном углу моего чулана. Вот самые первые, высокие и черные, со стальным стаканом внутри, которые сбивали мне ноги в кровь в течение двух месяцев после покупки, зато потом десять лет носились как чулок. Вот низкие летние и вишневые я купил их в свою первую поездку в Лондон на Кэмдене, сбив первоначальную цену вдвое, что удивительно, учитывая уровень моего английского. А вот "мартенсы"-сандалии вершина маркетингового идиотизма, коли хорошенько подумать. С каждой из этих пар наверняка связана какая-нибудь забавная история; в начале 90−х, когда не иметь такой обуви значило не понимать в жизни ничего, таких историй со мной происходило невероятное количество. Но "мартенсы в России" лишь один из актов полноценной производственной драмы, которую можно без труда сочинить про единственную обувную марку в мире, к которой совершенно ненатужно подходит определение "культовая вещь".

Действие первое. Послевоенное.

Главный герой нашего первого акта молодой врач вермахта по имени Клаус Маертенс. Однажды, находясь в отпуске, он отправился на лыжную прогулку по отрогам Баварских Альп. Дело происходило, на минуточку, в начале весны 1945 года, когда, по версии Юлиана Семенова, в Третьем рейхе царили голод и паника, а на лыжах если кто и передвигался, так только горные стрелки СС и пастор Шлаг. На самом деле, по всей видимости, дела Германии были еще не так плохи, если она предоставляла своим военврачам отпуска, а те беззаботно посвящали время зимнему спорту. Д-р Маертенс был экипирован на славу то есть по моде тех самых горных стрелков: комбинезон и жесткие ботинки с высоким берцем. Тем не менее с прогулки он вернулся, стиснув зубы от боли; поставить самому себе диагноз не составило труда: перелом лодыжки. "Если бы берцы моих ботинок были не только прочными, но и мягкими, ничего подобного не произошло бы", утешал себя д-р Маертенс , провалявшийся в гипсе аккурат до конца войны. Начиналась новая жизнь, и в нее вчерашний фронтовой лекарь вошел с прекрасной бизнес-идеей. Он решил делать ортопедическую обувь, которая по прочности и носкости не уступала бы военным или рабочим ботинкам. Первую пару, согласно преданию, Маертенс сшил из обрезков кожи, приобретенных по случаю у соседа-сапожника ; выглядели башмаки так себе, зато имели революционное отличие насыщенную пузырьками воздуха подошву, которая пружинила и облегчала ходьбу. В сочетании с мягкими берцами получилась просто таки отличная обувь но, разумеется, Маертенс не продал ни одной пары: таковы уж законы жанра. Непрактичному изобретателю необходим был деловитый компаньон, и он нашелся в лице университетского приятеля Клауса, тоже доктора, по имени Херберт Функ. Доктор Функ помог доктору Маертенсу открыть небольшую фабрику в городке Зеесгаупт, а заодно нашел неисчерпаемый источник резины для подметок шасси военных самолетов, подлежавших в демилитаризованной Германии уничтожению. Дело пошло, причем наибольший успех ботинки двух докторов имели среди самой неожиданной аудитории, а именно женщин старше сорока лет. Вдовы новой Германии много и тяжело работали, и надежная, но вместе с тем фантастически удобная обувь была им совершенно необходима. Успех был таков, что в 1952 году компаньоны открыли большую фабрику в Мюнхене, а еще через несколько лет задумались и о мировом рынке.

Действие второе. Английское

Семейная компания R. Griggs Group к середине прошлого века имела изрядный опыт производства и торговли обувью для тех, кому по роду своей деятельности приходилось много передвигаться пешком. Прочность изделиям Григгзов добавляло остроумное приспособление металлический стакан в носке ботинка. Обувь не теряла форму и после каждой основательной чистки (а, как известно, ни в одной стране мира не относятся к башмакам так трепетно, как в Англии) выглядела новехонькой. Именно Григгзы и купили у Маертенса и Функа патент на производство ботинок с "воздушной" подошвой в Великобритании. Были ли счастливы Маертенс и Функ остаток своих дней, нам неизвестно. Но то, что именно продажа патента на "мартенсы" британцам сделала эту обувь тем, чем она является сейчас, совершенно точно.

Первым делом мастера R. Griggs Group оснастили немецкие башмаки собственным ноу-хау — ; тем самым стаканом. Затем сделали нить, которой была пришита подошва, желтой. Из названия марки убрали режущую слух и глаз лишнюю "е" (получился уже знакомый нам Dr. Martens) и придумали для подметок собственный бренд AirWair. В самый последний момент вместо черной кожи решили использовать вишневую. Все эти операции заняли меньше года, и 1 апреля 1960 года на британском рынке появилось нечто невиданное: высокие густо-красные мягкой кожи ботинки с пружинящей подошвой и восемью отверстиями для шнурков. Классическая модель 1460, альфа и омега "мартенсов", принесшая марке великую славу и народную любовь.

Последнее отнюдь не преувеличение. Назначая цену всего в два фунта за пару, производитель явно не рассчитывал покорить сердца финансистов из Сити или джентльменов с Риджент-стрит. Манчестерский автомеханик и ливерпульский маляр, бирмингемский плотник и эдинбургский крановщик, йоркширский почтальон и лондонский докер прочные, хотя и не лишенные известного изящества (вишневые все-таки) ботинки были рассчитаны именно на эту публику. Пусть среди них не было модников, но соотношение "цена/качество" эти люди понимали куда как хорошо. "Вы отличаетесь от нас так же, как ваши 'оксфорды' от моих 'мартенсов'", сказал, правда, много лет спустя, один из лидеров британского профсоюза железнодорожников Джимми Кнапп своим контрагентам из правительства во время переговоров о прекращении всеобщей забастовки. ("Оксфорды", если кто не в курсе, это классические английские ботинки с закрытой шнуровкой.) Еще одной ходячей рекламой Dr. Martens стали английские полицейские. Правда, вишневый цвет им не годился, зато в черные "бобби" обулись моментально внешне от форменных башмаков они практически не отличались, но были куда надежнее. Одно время "бобби" даже намекали, что помимо "мартенсов" не худо бы разрешить им носить еще и джинсы, но столь экстремистский проект не прошел. А еще через некоторое время выяснилось, что у полисменов и их клиентов вкусы приблизительно одинаковые.

Действие третье. Политическое

"Мартенсы" по своему происхождению были немецкими армейскими ботинками. Это не афишировалось, но и не скрывалось: глупо утаивать очевидное, тем более когда ничего криминального в этом нет. К концу 60−х годов о том, что Dr. Martens товар лицензионный и германского происхождения, все благополучно забыли. Все, кроме тех рассерженных молодых людей, которые видели в цвете своей кожи колоссальное преимущество над окружающими, не наблюдали ровным счетом ничего предосудительного в национал-социализме и тщательно подражали его эстетике. Обувь, словно сошедшая с плаката "Слава героям-парашютистам Роммеля", оказалась для британских скинхедов сущей находкой. За считанные месяцы все бритоголовые на Островах обулись в 16−дырочные башмаки, подвернули свои Levi's до самого верхнего края берца и стали совершенно счастливы, особенно когда придумали аббревиатуру DM, которая одновременно обозначала и марку обуви, и марку немецкую. Стальной стакан в уличной драке великолепно заменял кастет, а бегать в "мартенсах" от полиции (обутой так же) было вполне удобно обувь-то , не забудем, была ортопедическая. Уличный рынок на Карнаби-стрит не поспевал за выросшими потребностями на ботинки с желтой прошивкой, которая стала для обывателя сигналом опасности, а для правоохранительных органов недвусмысленной приметой. Когда в скетчах Monty Python герои идут по тротуару, тупо глядя под ноги, это не просто идиотизм, это ясно читаемый знак для англичан семидесятых: мы смотрим на вашу обувь, мы ищем расистов. Вслед за скинхедами в "мартенсы" нарядились и другие хулиганы футбольные фанаты, например, а вот рабочий люд к ним охладел: во-первых , стремительно стала расти цена (что, кстати, вызывало появление огромного количества обувных марок, которые можно охарактеризовать как "мартенсы для бедных" например, Grinders), а во-вторых , кому хочется быть похожим на подонков, которые то и дело норовят крикнуть по какому-нибудь поводу "хайль"? Зато на таких подонков очень хотела походить пресыщенная английская богема, которой, однако, хватало воспитания подождать, пока в "мартенсы" нарядится кто-нибудь чуть более приличный, чем участники уличных банд. Ждать пришлось недолго.

Действие четвертое. Богемное

Вообще-то , принято считать, что первым в "мартенсах" на сцену вышел Сид Вишез. Выглядит правдоподобно, потому что Сид, как известно, вообще изобрел практически все на этом свете от матерной брани до пивного алкоголизма. Почему бы именно ему не интегрировать обувь маляров и скинхедов в мировую культуру? Во всяком случае, честь познакомить с Dr. Martens модную Америку принадлежит точно Sex Pistols. Именно после их гастролей дистрибуторам пришлось срочно открыть фирменные магазины в Нью-Йорке , Лос-Анджелесе , Чикаго и почему-то в Миннеаполисе. А уж если что понравилось Америке, то только держись. В числе фанатов DM's числятся также The Cure, Depeche Mode (еще одно трогательное совпадение аббревиатур!), Пит Тауншенд, Курт Кобейн и Мадонна. Алексей Сэйл, английский телевизионный комик, киноактер и постоянный колумнист автомобильного журнала Car, сочинил про легендарные башмаки песню, а группа Madness украсила их изображением один из своих синглов. Madness вообще едва ли не самые большие фанаты этой обуви, и эта любовь взаимна: в 1999 году в ознаменование двадцатилетия группы Dr. Martens даже выпустили специальные Madness Boot, а растроганные музыканты явились в фирменный магазин Dr. Martens в Ковент Гардене и устроили фотосессию с автографами в основном расписывались, естественно, на ботинках. "Мы празднуем сорокалетний вклад Docs в нашу культуру" заявили постаревшие рок-хулиганы , скромно забыв о собственном юбилее. Разумеется, "мартенсы" обожают и современные панки всех мастей; кроме того, среди их фанатов Тарантино и Анжелина Джоли, а пара, принадлежащая Элтону Джону (он снимался в ней у Кена Расселла в "Томми"), была в 1998 году продана на аукционе за 12000 фунтов и передана в Британский музей обуви. Может быть, через несколько лет к ней добавятся "мартенсы" Жозе Моуринью: узнав, что синие Docs являются любимой униформой радикальных болельщиков "Челси", склонный к неожиданным выходкам главный тренер лондонской команды тут же приобрел себе пару правда, еще ни разу замечен в ней не был. Может быть, потому, что DM's теперь вещь не английская.

В свой сорок третий день рождения компания Dr. Martens сообщила своим поклонникам неприятное известие: экономический рост в Европе делает дальнейший пошив знаменитых башмаков на их второй исторической родине катастрофически нерентабельным. Около тысячи британских сотрудников фирмы грустно собрали кружки и фотографии с рабочих столов и отправились на биржу труда, а за пошив ботинок с утроенным энтузиазмом взялись трудящиеся Индокитая. Положа руку на сердце, они делают это не хуже, чем их английские коллеги, что не мешает поклонникам до рези в глазах всматриваться в оттиски на подметках и стельках, по одним им ведомым признакам определяя, пошита эта пара до 2003 года в Англии или после в Таиланде.

Действие пятое. Личное

Девушка, которая в 1993 году не носила ситцевое платье и к нему высокие "мартенсы" на толстый шерстяной носок, всерьез рисковала личной жизнью. Образ, созданный Алисией Сильверстоун в клипах Aerosmith, визитная карточка десятилетия, знак, который все объясняет. Сейчас это выглядит, конечно, немного комично точно так же, как и сверкающие ботинки молодого сына вице-президента ВАСХНИЛ Льва Эрнста в почти забытой телепрограмме "Матадор". Это время закончилось навсегда вместе с рекламными роликами банков стоимостью в полнометражный фильм, но и сейчас Docs это код, по которому распознают своих. Хотя бы потому, что в 2006 году это вопиюще немодные ботинки.

Keywords: