27 нянек единой Европы

Европейская интеграция вновь буксует. Новый кризис разразился вслед за тем того, как Ирландия отвергла Лиссабонское соглашение - комплект реформ, призванных обратить Европу в единое государство. На референдуме "националисты" выиграли у "интеграторов" со скромным перевесом в 110 тыс. голосов

Ирландцы сказали "нет" усилению централизации Старого Света

Фото: REUTERS; AP; Дмитрий Азаров/Коммерсант

Воля того или иного народа ни капельки не в первый раз встает на пути чинов-ников Евросоюза (ЕС). В 2005 году на суд европейцев уже был вынесен план общеевропейской конституции. Но он с треском провалился, забаллотированный французами и голландцами (изменения требуют единогласного одобрения всех 27 членов ЕС - таков принцип Брюсселя).

Принципам Брюссель изменять не захотел: вписал сокращения в контент проекта конституции, назвал получившийся протокол "Лиссабонское соглашение" и, учитывая ошибки прошлого, отдал заключение о ратификации этого соглашения на откуп национальным парламентам. Полагаться на точка зрения элит куда надежнее, чем планировать на благосклонность масс, рассудили политики. И только Ирландия была вынуждена прибегнуть к плебисциту - там этого требует законодательство.

Лиссабонское соглашение уже ратифицировали парламенты 18 стран. Нет сомнения, что и в Ирландии все прошло бы гладко - там в поддержку этого документа неоднократно высказывалось подавляющее большинство депутатов. Но население решил иначе, заставив брюссельских чиновников скрипеть зубами от досады: потому как произошло аккурат то, чего они опасались, - повторение событий трехлетней давности.

Как и тогда, доля вины за не­удачу лежит на самих составителях документа. В этом смысле крайне показательно высказывание еврокомиссара по внутреннему рынку Чарли Мак-Криви , тот, что на днях признался, что не только не смог прочесть совершенный текст соглашения, но и убежден, что на это не способен ни единственный вменяемый человек. Нелепо созывать всенародный референдум, предлагая простым людям дать оценку текст, который не могут разобраться более того чиновники.

"Непрозрачность" текста Лиссабонского соглашения привела к тому, что исход голосования на практике решало соревнование агитационных кампаний сторонников и противников документа. Аргументы последних оказались ярче и убедительнее: сторонники ратификации пользовались маловразумительными слоганами как бы "повышения эффективности и функциональности ЕС", тогда как их оппоненты оперировали значительно больше очевидным тезисом: "Соглашение противоречит интересам Ирландии".

Действительно, предусмотренная соглашением новая организация голосования уменьшает "вес" евродепутатов от небольших государств, усиливая позиции крупных игроков - Германии, Франции, Великобритании и пр. Кроме того, "инновационная" система ротации чиновников Еврокомиссии привела бы к тому, что держава подолгу бы не имела своего представителя в этом органе. Были у скептиков претензии и к "недемократическому" механизму избрания президента ЕС (согласно Лиссабонскому соглашению, такая место должна была явиться в 2009 году). "Предложенная Брюсселем методика превращает Европу в настоящее государство, у которого есть столица и провинции. Ратификация Лиссабонского соглашения приведет к тому, что из самостоятельного государства Ирландия превратится в европейскую глухомань", - втолковывал согражданам вождь "антилиссабонского" движения Энтони Кахлан.

Кахлана послушали. Пока в Европе не будет ни президента, ни сильного министра иностранных дел, ни дальнейшего расширения ЕС. Впрочем, главы многих европейских государств призвали не останавливать ход ратификации в других странах, рассчитывая, по-видимому , покинуть Ирландию в неловком одиночестве. В этом случае появится предлог попросить "саботажников" проголосовать ещё разок - для верности (в 2001−м тот самый трюк позволил Брюсселю со второго раза достигнуть согласия ирландцев на ратификацию предыдущей реформы). У евробюрократов есть и другая вероятность - реализовать Лиссабонское соглашение в остальных 26 странах ЕС, подписав с Ирландией отдельный контракт со специфическими условиями ее членства.

Но какой бы вариант ни избрали политики, очевидно, что фатум Европы - объединение. Брюссельская бюрократия может отступать, но не умеет проигрывать. В конце концов, в режиме stop-and-go Европа развивается с начала 50−х годов прошлого века. И сегодняшнее замедление центростремительного процесса - нормальная реакция европейцев на бурную интеграцию последних лет. Пройдет время, и государства Старого Света продолжат тракт к неизбежному слиянию.

Keywords: