Каждому по кнопке

Общественное тв - фрукт, тот, что в России ещё не пробовали. Даже если кто-то и слышал, что такое бывает, то и он обыкновенно погано представляет, что означает тот самый термин. Вместе с тем не только в большинстве богатых стран мира государственное телевещание трансформировалось в общественное: без малого все бывшие советские республики либо уже перешли на общественное вещание, либо переходят сейчас. Общественное телевидение является таким же обязательным элементом независимого государства, как парламент, независимая печать на родном языке, национальная валюта и всенародно избранные руководители. Так что и у нас оно также будет, вопросительный мотив в том, каким - не по названию, а по сути. Автор действующего закона о СМИ, секретарь Союза журналистов России Михаил Федотов в 2002 году составил план федерального закона "Об общественном телерадиовещании". Мы беседуем с ним о судьбе этого проекта

Михаил Федотов уже семь лет внедряет идея о необходимости общественного ТВ

- Мы - одна из немногих стран Европы, где до сих пор есть государственное телевидение, - говорит Федотов. - Даже на постсоветском пространстве резво не останется ни одной этакий страны: государственное телевидение или уже трансформировано в общественное, или над этим работают прямо сейчас, как, например, в Казахстане, Киргизии, Таджикистане. Остались белорусы, мы и туркмены. Ну, вслед за тем Туркмен-баши нужно в первую очередь чуток отдышаться... Но нам, я считаю, стыдно: Россия - член "большой восьмерки", член Совета Европы, уважаемая страна! И до каких пор?

Я как-то не сильно понимаю, в чем отличалка между телевидением государственным и общественным. Это не разные названия одного и того же?

У нас есть государственное телевидение, которое представляет собой мешанина государственной пропаганды и коммерческого телевидения. Все новости об одном и том же, в одном и том же ключе, с одной и той же нюансировкой - вот эта точка зрения хорошая, эта плохая. Крайне нечасто мы видим взвешенные новости, когда есть некое событие и даны две противоположные точки зрения, пускай более того конфликтующие, как делает, например, канал "Евроньюс"... Нам этого не дают. Нам дается одна официальная позиция, и хочешь не хочешь, но это ты должен съесть. Как в советское время: была газета "Правда" и полно всяких прочих "Правд" по всем регионам, которые писали одно и то же словечко в слово.

За пределами этого пропагандистского направления все другое - чисто коммерческое телевидение.

А президент Медведев говорит, что у нас телевидение хорошее...

Президент Медведев говорит, что у нас прекрасное телевидение, но мы все период слышим, что народонаселение телевидением недоволен, что население требует цензуру. Вопрос: свой президент что, смотрит другое телевидение? На мой взгляд, это впрямь так.

Другие каналы смотрит?

Конечно! Я потому как тоже так делаю. Если я смотрю телевидение для себя лично, оно мне целиком нравится. Чтобы глянуть ладный кинофильм, я включаю канал "Культура". Если что-то , связанное с историей, - я нахожу канал History. Научно-познавательное - выхожу на Discovery и на National Geographic... Но обычный телезритель не привык разыскивать эти передачи - он привык щелкать пультом по тем программам, которые у него идут в бесплатном пакете. А там - политработа и коммерческие передачи.

Так, может, универсальные каналы вообще не нужны?

Они есть. И общественное телевидение - как раз универсальный канал. Отличие его от государственного и коммерческого в том, что там во что бы то ни стало есть общест­венный орган, представляющий интересы аудитории. Он говорит телевизионщикам: "Мы хотим, чтобы вы сделали то-то и то-то". Там зритель может предлагать и требовать, а на коммерческом телевидении зритель может влиять только на рейтинг.

Способы организации общественного вещания бывают разные. В Швеции, например, это акционерное общество. А Би-би-си - корпорация, наличествующая на основе специальной Королевской хартии. Совет управляющих Би-би-си формируют парламент, партии, общественные организации. Но ни правительство, ни парламент не командуют корпорацией. Там нет пресловутой вертикали власти, которая у нас шибко наглядно проявляется в структуре ВГТРК. Кто назначает руководителя ВГТРК? Президент Российской Федерации. А дальше этот глава назначает всех остальных: заместителей, журналистов, вахтеров...

Только 15% россиян считают, что телевидение дает полную и объективную картину происходящих событий

А нам, России, какая форма подойдет?

Государственная корпорация. Она должна будет делать на основе специального закона. В 2002 году я написал проект такого закона, где ясно сказано, что в корпорацию общественного вещания должен обратиться медиахолдинг ВГТРК.

Почему аккурат ВГТРК?

ВГТРК - федеральное государст­венное унитарное предприятие. Другие телекомпании формально негосударственные, но и там нужна полная реорганизация. НТВ должно сделаться частным, каковым оно и является по формальным признакам: это же акционерное общество. "Первый канал" тоже является акционерным обществом, но с доминированием государственного капитала. Государство должно отдать наш пакетик акций и больше не мучиться. Чем дальше страна будет от телевидения, тем лучше дли них обоих. Тогда у нас будет нормальное коммерческое телевидение и нормальное общественное, то есть публично-правовое телевидение!

Хорошо, отделили мы общест­венное телевидение от коммерческого, государственное упразднили - каким образом будет вкалывать обратная связь? Вот я, рядовой потребитель, как смогу воздействовать, например, на сетку вещания?

Отдельный телезритель, конечно, самое малое сможет влиять. А нынче какая связь между зрителями и телекомпанией "Первый канал"? Никакой. А между ними и ВГТРК? Очень опосредованная. Мы говорим, что платим налоги, из которых выделяются финансы на ВГТРК. Но, простите, из наших налогов выделяются капиталы и на возведение миноносцев, а какое мы имеем касательство к миноносцам? Чтобы подключить зрителя в эту систему, в проекте предусматривается небольшая, чисто символическая абонентская плата: с каждого домохозяйства, где есть телевизор, будет взиматься сумма, равная 3% от минимального размера оплаты труда.

Если мужчина платит, то он уже может требовать: "Я плачу за общественное телевидение, а вы мне даете государственную пропаганду. Требую, чтобы вы это изменили!" Вплоть до суда. Но это, естественно, последний случай.

Среди источников финансирования общественного вещания должны остаться ассигнования из бюджета, причем в тех же размерах, что и сегодня, а кроме того спонсорство.

Что же касается участия зрителей в управлении телекомпанией, то правильным мне представляется следующий путь. Есть структуры гражданского общества, которые выражают интересы разных групп населения. Если отдельный телезритель объединяется с другими такими же телезрителями, например, в профсоюз или другую общественную организацию, то эта организация может предлагать своих кандидатов в состав попечительского совета. А этот совет будет предуготовлять политику канала в части выполнения функций общественного вещателя. Не говорить, какую передачу определить в эфир, а какую прибрать - это посягательство на редакционную независимость, - а проводить, например, конкурс на замещение должности руководителя этого канала. И узнавать претендента: "Что вы будете действовать в качестве руководителя? Что планируете? Какие передачи?"

Кто будет формировать эдакий совет? И как? Это оттого что что ни на есть значимый вопрос.

Совет формируется снизу. У нас есть масса общественных организаций. Предусматривается, что они выдвигают кандидатов, и Государственная дума из этих кандидатов формирует сам попечительский или социальный совет - как больше нравится. Отобранная кандидатура представляется на утверждение президенту страны. Если глава государства отводит кандидата, то совет предлагает ему другую кандидатуру. Но президент не может своим указом определить того, кого отклонил совет. И совет не может сам назначить руководителя. В этом "принцип двух ключей".

Кого не должно быть в совете?

Там не могут быть представлены чиновники и политические функционеры, те же депутаты. В проекте 2002 года предусмотрено, что их должно быть не больше какого-то процента, но навык формирования Общественной палаты приводит меня к выводу, что их там вообще быть не должно. По этому принципу создана Общественная палата. Никакого вреда это не принесло, скорее пользу. Нашим чиновникам и так есть где намереваться и чем руководить.

Законопроект лежит без движения уже шесть лет. Что в текущее время нужно, чтобы сдвинуть его с мертвой точки?

Чтобы президент сказал: "Нам нужно преобразовать ВГТРК в государственную корпорацию общественного российского телевидения". Вслед за этим не возбраняется принимать закон. Потребуется максимум три дня, чтобы обновить проект и довести его до состояния, пригодного к принятию.

Но до сих пор ибо никаких подвижек нет, так? Какова история этого законопроекта?

Истории как эдакий не случилось. Он был написан в 2002 году, опуб­ликован в августе. Мы рассчитывали, что он попадет на столик к президенту Путину, тот прочитает его и скажет: "О! Это то, что нам нужно!" Уверен, что на стол к президенту он так и не попал. А если попал, то глава государства его не прочитал. Если бы прочитал, то понял бы, что это вправду то, что давнехонько нужно сделать.

А делались какие-то шаги, чтобы он все же прочитал?

Мы передали проект в администрацию президента. Но в этом месте необходимо учитывать, что с 2000 года Союз журналистов России был организацией, которую в администрации не любили, а я подавал проект как секретарь Союза, а не легко как автор... Потом, в 2005-2006 году, появилась строчка в плане работы правительства: "Разработка проекта закона об общественном телевидении и радио". Концепция долговременно гуляла по кабинетам, в конце концов было сказано: "А к чему нам это? Как-то мы не уверены. У нас сегодня выборы на носу - парламентские, президентские. Вот позже президентских выборов вернемся к этому вопросу".

Ну вот, президентские выборы прошли...

Прошли. Пора возвращаться, я так считаю. Мы в течение последних восьми лет целенаправленно сворачивали демократические институты. Свернули. Благодаря высоким ценам на нефть существование стала лучше, а не благодаря тому, что мы свернули демократические институты! Сейчас мы, наконец, можем демократические институты развернуть: от этого цены не упадут. Они, как мы видим, падают совершенно по другим причинам. Конечно, если появится общественное телевидение, то все то безобразие, которое творилось на выборах, все эти, мягко говоря, перекосы станут невозможными. И нехай на следующих выборах "Единая Россия" получит не 70% голосов, а 51% - мир не перевернется. И даже если получит 42%, тоже не перевернется!

Какие-то у вас взгляды, как писал Довлатов, "слишком прогрессивные"...

Когда представители ВГТРК едут на очередную конференцию Европейского союза общественного телевидения, они представляют свою компанию как общественного вещателя: при переводе своего названия на британский они нетрудно слово "государственная" опускают и говорят "Всероссийская телевизионная и радиовещательная компания". Так что все всё понимают. Более того, 10 ноября президиум думской фракции "Единой России" одобрил проект законопроектных работ в сфере массовой информации. В нем есть пара строк и про разработку закона об общественном - публично-правовом - телерадиовещании. Думаю, занятие пойдет.

Фото: Алексей Майшев для "РР"; Оксана Юшко для "РР"

Keywords: