China-2 3

Сибири необходимо отыскать взаимопонимание с Китаем. Искать взаимовыгодные формы общения. Думать и искать, а не надрываться от страха

Фото: Оксана Мамлина

По прошествии больше 15 лет после этого крушения СССР россияне продолжают бояться расширения присутствия китайской нации на территории нашей страны, в свое время всего Сибири и Дальнего Востока. То идет произвольный подсчет китайских мигрантов, то бывшие военные публикуют статьи о миллионах китайцев по всей нашей Родине, то сообща мы горюем о вывозе круглого леса и цветных металлов. Но так ли угрожающе положение и велика опасность, что Сибирь станет северной периферией China-2 ?

Группировка китайцев

Есть основания считать, что задача китайской миграции в Россию излишне драматизирована и политизирована. Поясню, почему. Китайские граждане, легально или нелегально находящиеся на территории сибирских городов, чаще всего не составляют общность. Челноки объединяются в одну группу, сотрудники, а подчас собственники малых и средних предприятий (в основном специализирующихся на строительстве и лесозаготовке) - во вторую, временная рабочая мощь (например, сельхозрабочие) - в третью. Четвертая группа, пожалуй, самая малочисленная - китайские студенты и небольшая прослойка лиц, занятых интеллектуальным трудом.

Люди одной нации, живущие в иной стране, стремятся к объединению. Но неформальные сообщества, имеющие четкие различия, могут наличествовать и как профессиональные союзы, и как землячества, нередко представляющие собой небольшие клановые группы. Причем границы тех и других не совпадают, а только пересекаются. Национально-культурные общества, союзы предпринимателей, образованные по этническому признаку, чаще всего превращаются в формальные социальные ячейки с понятными и толково поставленными целями.

Полагаю, китайская диаспора в сибирских городах в то время как не достигла той численности, при которой возникает реальная надобность создания некой объединяющей силы, способной представлять интересы китайцев в целом - перед местными властями, криминальными структурами или во взаимоотношениях с иными, не китайскими диаспорами и организациями. И тот самый вывод основан не только на количестве китайцев на улицах Забайкальска, Читы или Улан-Удэ. Существуют иные причины, связанные с построением общин.

Дело в том, что в китайских диаспорах постоянно возникают неформальные лидеры. Их амбициозность как правило приводит к регистрации новой организации либо созданию очередного землячества, как только группа лиц из одной периферии или города становится многочисленной.

Что действовать в эдакий ситуации? Видимо, поощрять создание профессиональных союзов на территории Сибири. Это даст вероятность местным властям взаимодействовать с ними, реально оценивать перспективы и экономический потенциал той или другой группы, отслеживать соблюдение местного и федерального законодательства, выявлять опасные тенденции в деятельности диаспоры. Но самое важное - создание профессиональных групп ведет к разрушению своеобразного кокона, когда мигрант может протянуть в России длительное миг в рамках своего землячества и так и не выучить российский язык, не адаптироваться к социальным условиям.

С прочий стороны, для контроля за миграционными процессами и формирования выгодного нам экономического и морального климата нужно препятствовать созданию союзов и групп по типу землячеств. Как ни странно, но эта мера отвечает и чаяниям самих мигрантов, желающих существовать в России, сделаться ее полноценными и полноправными гражданами. Искусственное смешение китайцев, например, в системе челночных торговцев и китайских рынков приводит к большей валентности граждан КНР.

Ассимиляция китайцев посредством экономические контакты более продуктивна для обеих стран. Китайцы, не входящие в систему хуацяо (выходцы из КНР, проживающие в других странах), уже не являются частью проблемы азиатской опасности. Они, ставшие полноценными членами иного общества, иной системы взаимоотношений и иной цивилизации, нужны сегодняшней России как трудолюбивые и исполнительные работники.

Они такие одни

Китайцам безразлично, где работать: на северо-восточных землях Китая, на сибирских или дальневосточных территориях

Фото: Оксана Мамлина

Что движет китайцами, для чего они приезжают в Россию? Отвечу. Желание работать, охота самореализоваться (неважно, в какой сфере, как квалифицированный сотрудник или успешный торговец), вручить реальное образование своим детям. Их объединение - это в первую очередность экономическая организация замкнутого сообщества, не имеющая аналогов в мире. Это не мафия. Не гангстерские кланы, не каморра и не якудза. Это образ жизни.

Более того, их участие в противоправных действиях минимально, они более законопослушны, чем выходцы из Средней Азии и с Кавказа, более трудолюбивы и спокойны. Не конфликтны. Основная задача присутствия китайской диаспоры в РФ - это неналаженность нормальной двусторонней связи между ней и местной властью. Проблема как в донесении до китайцев азбучных истин поведения и проживания на российской территории, так и в получении информации о проблемах мигрантов в городах.

Именно это провоцирует конфликты с местными правоохранительными органами. Такие случаи безотложно же становятся известны в КНР. Обсуждаются в газетах, посреди бизнесменов, торговцев на рынках, руководителей корпораций и всех слоев общества КНР. Но порядок китайской преступности ни в жизнь и нигде не превышает обычный уровень криминализации стран пребывания.

Китайская экспансия в обычном ее понимании российскими гражданами как распространение власти КНР на сопредельные территории - миф. Но экономическая экспансия Китая - реальность. Безусловно, стремление руководителей Китая, начиная от императорских династий до Мао и заканчивая нынешними политиками из Военного совета Коммунистической партии Китая, сформировать новую Поднебесную существовало и существует. Но есть законы развития подобных держав, есть естественное самоограничение государства как системы, и, конечно, есть пределы глобализации. Пределы глобализации как естественного процесса.

Итак, влечение расширить так называемое жизненное пространство у Китая существует. Тем более миграционные процессы более того при взгляде со стороны приобретают безупречно неконтролируемый характер. Диаспоры хуацяо формировались и формируются по всему земному шару. В приграничных с Китаем государствах и на иных континентах большинство китайцев чаще всего автоматически становятся поначалу членами той или иной диаспоры. Но доля из них в силу своего образования стремятся сознательно и обдуманно, а иной раз и неосознанно к активной ассимиляции. Китайцы как нация сильно активны во всех областях жизни. Чаще всего в бизнесе.

Уместно припомнить принцип перенапряжения, сформулированный американским социологом Рэндалом Коллинзом (единственный человек, тот, что не только предсказал, но и обосновал на основе научных выводов крах СССР): "Почему китайские династии не продолжались вечно? Не потому, что имели какого-то сильного внешнего врага. Происходившее является прекрасной иллюстрацией принципа перенапряжения - это распространение силы на уж очень большую территорию, так называемое логистическое перенапряжение. Если даже весьма могущественное держава хочет разнести свою силу на сверх меры большую дистанцию, это стоит ему дороже и дороже. В установленный миг автоматически происходит так, что страна использует для этих целей излишне невпроворот ресурсов". Государство уже существует не естественно, а за счет силовых, искусственных методов власти. Держава перенапрягается.

Увеличение численности китайской диаспоры в Сибири и на Дальнем Востоке, конечно, выгодно для КНР. Но не по территориальным причинам, не из-за планов захвата земель до Ледовитого океана. А по причинам экономическим. Для чего создание автономий и тем более отделение заселяемой китайцами территории от России не требуется.

Изменение политики КНР в отношении китайских землячеств, находящихся в разных странах мира, стало наиболее заметным с 1991 года. Китаю оказалось жизненно важным развивать включение в экономический оборот создаваемых диаспор за рубежом. Регулярно созывается Всемирный форум китайских предпринимателей, заседания которого проходят в разных странах Юго-Восточной Азии. Он был создан крупнейшими представителями китайского коммерциала для координации своей деятельности во всем Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Управление по делам зарубежных китайцев Государственного совета КНР стало устанавливать крепкие связи с землячествами и содействовать их взаимным контактам, организуя региональные объединения и нацеливая их занятие на оказание помощи официальному Пекину в достижении стратегических задач. Постоянно обращается внимательность зарубежных китайцев на необходимость развития и укрепления дружеских, родственных связей между мигрантами и землячествами в разных странах мира. Говорится о непрерывности их сотрудничества и кооперации, рекомендуется усилить чуткость к анализу тенденций социально-экономического развития в стране пребывания, ориентироваться на процессы глобализации и превращения хуацяо в важную силу мирового научно-технического взаимодействия.

Представители хуацяо, не включающие частную микроэкономику в систему всекитайской внешнеторговой экономики, не интересны Китайской Народной Республике. Отсюда и устремления этой страны к информационному контролю над диаспорами, к установлению постоянной обратной связи. Информационная составляющая системы КНР-хуацяо становится главным фактором, ограничивающим возможности идеологического и экономического контроля над диаспорами.

Вот этакий Китай

Следует упомянуть, что у части партийного руководства Китая до сих пор существуют имперские амбиции. Его программы подкрепляются то искажением истории при обучении в школах, то изданием странных географических карт, о которых, к сожалению, Президент РФ Владимир Путин и председатель КНР Ху Цзиньтао не беседуют на встречах. А подобное воспитание подрастающего поколения китайцев тем не менее продолжается.

С подачи знаменитого Дэн Сяопина, невзначай не убитого хунвейбинами Мао во момент культурной революции, произошел перевод мышления на финансовые рельсы, переориентация на экономические и информационные войны. На создание экономической империи. Сегодня геополитические амбиции КНР заключаются как раз в экономическом и информационном контроле, в расширении национального бизнеса в регионах активного действия китайских диаспор, достигших и достигающих значительной численности в сопредельных государствах. В искусственном создании каких-либо координационных центров. Но методы финансовой, экономической и информационной координации в текущее время только формируются, они худо отработаны. Это один плюс для сопредельных государств, имеющих на своей территории разрастающиеся китайские группы.

Китай как государство существует в границах, которые складывались естественным путем на протяжении большого промежутка времени. Ранее окончанию правления династии предшествовали такие факторы, как неспособность армий на дальних рубежах империи держать соседей и оккупированные земли при одновременном возрастании конфликтных ситуаций внутри государства. Это кроме того является причинами падения и развала колониальных империй в отрезок времени новой и новейшей истории.

Сегодня Китай находится в сравнительно стабильном состоянии. Он не испытывает финансового кризиса. Расходы на содержание армии, по сравнению с обычными, типовыми, пропорциональными для многих стран затратами, небольшие. Перенесение части проблем своего населения на сопредельные страны путем миграции позволяет снижать социальную напряженность внутри страны. Политических революций в Китае не ожидается, но возможен маленький кризис перепроизводства, которого удается избежать за счет быстрой системы перестройки промышленности на самые новые и удачные электронные разработки и фабрика товаров народного потребления.

Соседские отношения

Задумайтесь: существует ли реальная опасность сибирским и дальневосточным регионам России в связи с инфильтрацией китайцев? Или этот ход является исторически закономерным и его необходимо лишь контролировать, ввести в законодательные рамки? Напомню, что перед Первой важный войной на Дальнем Востоке проживало возле 150 тыс. китайцев. Они привнесли солидный вклад в первоначальное освоение этого региона. После краха СССР началась иммиграция китайцев, в основном нелегальная, в пограничные регионы Дальнего Востока и Восточной Сибири. По подсчетам специалистов, их численность от Иркутска до Приморского края составляет нынче рядом 300-400 тыс. человек.

Население Северо-Восточного Китая превышает 70 млн жителей, они ищут приложения своих сил и капиталов. Чрезвычайно велика тут безработица, в особенности среди молодежи. В то же пора народ российских регионов, расположенных вдоль китайской границы, насчитывает всего 10 млн джентльмен и всю дорогу уменьшается, а экономика Дальнего Востока ухудшается. Китайцы удачно адаптируются к любым условиям. Их влечет не только возможность заниматься выгодным бизнесом, но и иметь в распоряжении столь детей, сколь они хотят. В России они чувствуют себя более свободно, чем на родине.

Наша оценка ситуации показывает, что при должном изменении законодательства РФ, при учете зарубежного, в первую очередь европейского, австралийского и северо-американского опыта, продуманная миграция китайцев как квалифицированной рабочей силы на определенных территориях РФ может быть желательной. Что она, временная или постоянная, уже экономически более оправданна и выгодна, чем любая миграция из Средней Азии и с Кавказа. Чаще всего китаец - это производитель товаров, работ или услуг, стремящийся социализироваться в России. Представитель бывших советских республик Средней Азии и Кавказа не тяготеет к повышению квалификации, а к образованности - тем более. Территория в Сибири сможет по-настоящему снабжать своих граждан качественной овощной и мясной продукцией, если в этом месте основать грамотное употребление китайских работников в производстве, отдав им теплицы и земли в долгосрочную аренду. И сосредоточив все силы и финансы в наиболее выгодном деле, которое удается китайцам лучше, чем нам.

Вот что говорит Цзю Мен - агент китайской диаспоры и бизнесмен, получивший два высших образования в Иркутске: "Я живу в России, у меня два ребенка, возможно, будет третий, говорю по-русски и спокоен за родное будущее". Это, безусловно, исключение. Но это как раз типичная технология устремлений истинного китайского мигранта, а не временного строителя, торговца или сезонного сельхозпроизводителя.

Основной ошибкой наших государственных структур является то, что они не дают оперативной информации о конфликтах, а аналитики и эксперты уходят от оценок происходящего. Часто китайская диаспора упоминается прессой в негативном контексте. Экономические притязания на территории Сибири и Дальнего Востока со стороны Китая отсутствуют. Наличие лишь активной розничной торговли ещё раз подтверждает это. Как ни странно, но основные инвестиционные шаги КНР делает в европейской части России, в Москве и Санкт-Петербурге , и в меньшей степени в Сибири.

Keywords: