Ошибка переводчика

Марина Тальская

Банки начали возвращать коллегам-отправителям платежи граждан и приостановили переводы с пластиковых карт. Причина подобного поведения - вступление в силу новых норм антиотмывочного законодательства

Рисунок: Александр Ширнин

Закон 275−ФЗ от 28 ноября 2007 года, начавший делать с 15 января, представляет собой поправки в две статьи - ст. 5 и ст.7 закона N 115−ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма". Поправка к ст. 7, оказавшая настолько сильное влияние на банкиров, звучит так: "3.1. Безналичные расчеты и переводы денежных средств без открытия счета... должны сопровождаться на всех этапах их проведения информацией о плательщике и номере его счета (при его наличии) путем указания эдакий информации в расчетном документе или иным способом. Информация о плательщике - физическом лице должна включать фамилию, имя, отчество (если иное не вытекает из закона или национального обычая), а ещё идентификационный номер налогоплательщика (при его наличии), либо адрес места жительства (регистрации) или места пребывания, либо дату и местоположение рождения".

Банк России своим письмом 5−Т от 14 января 2008 года ввел четырехмесячный мораторий на использование санкций за ломание правил норм нового закона. Банкиров это не удовлетворило. Они требуют от ЦБ письменных разъяснений сравнительно новых правил игры.

Что смущает банкиров? Данные о плательщике банк-отправитель , более того в случае операции перевода без открытия счета, запросить, разумеется, может. Но этих данных не будет у банка-получателя. Приняв таковой анонимный, с его точки зрения, перевод, банк-получатель может угодить нарушителем антиотмывочного законодательства. И чтобы не дерзать лицензией, некоторые банки перестали принимать такие переводы. Другие посмотрели на проблему шире и прекратили карточные переводы. Хотя, полагает консультант по праву аудиторско-консалтинговой группы "Финэкспертиза" Елена Антонова, "владельцев банковских карточек такие требования не должны касаться, так как карточки предполагают открытие счета, а следовательно, идентификацию плательщика".

Однако, например, в банке "Возрождение" считают иначе. "В силу правовой неопределенности мы в действительности временно приостановили переводы по картам в адрес других банков из-за опасения возврата платежей, потому что в них отсутствуют предусмотренные законом реквизиты плательщика - это не предусмотрено технологией расчетов по банковским картам. Мы густо работаем с платежной системой Visa, которая направила запрос в ЦБ РФ. После разъяснений сервис будет возобновлен в течение часа", - пояснил единственный из сотрудников банка.

Член банковского комитета Госдумы Павел Медведев разделяет опасения банкиров: закон реально "неловкий", он может и подвести финансистов под монастырь, и спровоцировать платежный коллапс. Взять хотя бы требования к идентификации плательщика: из благих, очевидно, побуждений авторы закона допускают вариативность - отправитель может сообщить о себе либо одни сведения, либо другие. Перевод из Москвы во Владивосток идет посредством четыре-пять банков. "И тут уже разговаривают не банкир с банкиром, а компьютер с компьютером. И если их программы настроены на прием разных, отличных приятель от друга, идентификационных параметров, то перевод не пройдет", - представляет Медведев вариант развития событий.

Почему же Дума приняла этакий корявый закон? "Его представило руководство с подачи Росфинмониторинга. У этого ведомства одна задача: чтобы ФАТФ (The Financial Action Task Force on Money Laundering, FATF) на нас не сердилась, все указания этой международной организации это ведомство принимает, вытянувшись в струнку. Да и все славно помнят, как не до того уж давнехонько ФАТФ "наказала" Россию, включив в черный список. С ней шутки плохи. Хотя мне кажется, что к нам они относятся строже, чем к другим", - объясняет Павел Медведев.

"Проблема не в ФАТФ, а в разном толковании, разном прочтении норм закона, - считает исполнительный вице-президент Ассоциации российских банков по правовым вопросам Андрей Емелин. - И требования ФАТФ, и требования закона в данном случае регулируют только отношения "банк-клиент", а не отношения "банк-банк". Если банк-отправитель идентифицировал плательщика, этого достаточно. Но доля банков уже перенесла эти требования на отношения дружбан с другом. И боюсь, в территориальных органах ЦБ также возможна неправильная трактовка новых норм. Обязательно найдется какой-нибудь "старатель" в регионе, тот, что накажет банк, не возвративший входящий платеж, по которому нет всей информации о плательщике. Если таких случаев будет хотя бы пять на всю страну да если ещё занятие коснется многофилиального банка, этого будет достаточно, чтобы начали ретироваться все переводы". Поэтому АРБ от лица банкиров требует от Центробанка письменных разъяснений (ни в коем случае не норматива, потому что что требования ФАТФ "доработке" не подлежат), в том числе в адрес территориальных управлений, по поводу применения норм закона. ЦБ должен подтвердить, что в данном случае регулируется только сфера "банк-клиент".

По словам участников переговоров со стороны банковского сообщества, в устных беседах чиновники ЦБ соглашаются с банкирами. Но вот письменно оформить близкое точка зрения не спешат. "Они нам на пальцах подтвердили: да, вы правы. А что мне это дает? Пусть бумагу напишут", - рассказал один из банкиров. Но, говорят, в последние дни Банк России накрепко призадумался над просьбой банкиров, позже того как ему напомнили, что он сам является субъектом исполнения закона: у него 31 тыс. клиентов.

Пока же, успокаивает Андрей Емелин, задача возврата платежей не носит масштабный характер. АРБ провела опрос банкиров, в ходе которого выяснилось: только один из десяти банков столкнулся со случаями возврата платежа, а подавляющее большинство банков жестко заявляют, что вообще не будут возвращать входящие платежи.

Бабушка чиновника

В числе поправок к антиотмывочному закону есть еще одна, российских граждан никоим образом не касающаяся, но способная изрядно изуродовать бытие банкам. Пункт 1.3 ст. 7 дополнен следующим обязательством: "Организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом... обязаны принимать обоснованные и доступные в сложившихся обстоятельствах меры по выявлению посреди физических лиц, находящихся или принимаемых на обслуживание, иностранных публичных должностных лиц". Но это еще полбеды. Они, организации, кроме того обязаны "принимать обоснованные и доступные в сложившихся обстоятельствах меры по определению источников происхождения денежных средств".

Вдохновителем этих строк, естественно, тоже выступает ФАТФ. "Предлагаемые принципы, направленные супротив коррумпированных чиновников, аналогичны принципам выявления операций финансирования террористов", - поясняет Андрей Емелин. Только служебный список международных террористов существуют, и у банков есть вероятность сверять с ним своих клиентов. А единого списка ИПДЛ (иностранных публичных должностных лиц) нет. Различных баз международного уровня немного (в том числе одна из них представлена в рамках Конвенции ООН по борьбе с коррупцией), но их подходы в определении ИПДЛ разнятся: одни включают в список членов верховных судов, другие - крупных местных чиновников. Однако ни один список не имеет статуса исчерпывающего и официального.

Единой базы российского производства, адресованной для исполнения российским банкирам, также не существует. Есть некие скромные наработки Росфинмониторинга, есть столь же фрагментарный работа Центробанка, есть база, созданная АРБ на основе информации банкиров-практиков. Последнюю как наиболее полную Росфинмониторинг и Центробанк также рекомендуют к использованию. "Однако до момента создания единой внутренней базы или признания одной из международных при определении ИПДЛ будет царить сумятица, - предупреждает Андрей Емелин. - Предполагается, что Росфинмониторинг и Центробанк будут либерально относиться к выбору банком того или иного списка. Но на практике все будет зависеть от усмотрения проверяющих. У нас, к сожалению, все чуткость сосредоточено на сборе информации, а не на реальном выявлении подозрительных операций. Банки направляют больше восьми миллионов сообщений об операциях в год, а уголовных дел в итоге оказывается примерно двухсот. КПД деятельности банков в этой сфере говорит сам за себя. А вот проучить банкира за то, что он применял "не тот" список, будет легко. Такого рода неконкретные формулировки и нормы - это вечно коррупционноопасные решения".

Отсутствие единого списка ИПДЛ не помешало авторам закона 275−ФЗ приневолить банкиров отслеживать еще и родственников неопознанных чиновников. Финансистов обязали "уделять повышенное внимательность операциям с денежными средствами или иным имуществом, осуществляемым иностранными публичными должностными лицами, их супругами, близкими родственниками (родственниками по прямой восходящей и нисходящей линии (родителями и детьми, дедушкой, бабушкой и внуками), полнородными и неполнородными (имеющими общих отца или мать) братьями и сестрами, усыновителями и усыновленными) или от имени указанных лиц". Как определить, что перед банкиром чей-то родственник, не рассказали.

"Это несложно абсурд", - комментирует норму Павел Медведев. И привосокупить к этому нечего.

Другой вопрос, как из этого абсурда выбираться. "Нужно капитально передоговариваться с ФАТФ. Нужно донести до них, что мы, наша банковская система, уже взрослые", - предлагает Медведев. Однако добровольцев, которые осмелились бы на столь солидный переговорный процесс, в то время как не нашлось.

Keywords: