Генеральный дебош

Александр Кокшаров

Согласно заявлениям следователей, французский банк Societe Generale потерял миллиарды из-за действий одного из своих трейдеров. Теперь руководство банка вынуждено будет объяснить, как такое могло остаться незамеченным

Жером Кервьель всего лишь пытался заработать капиталы для банка, надеясь на увеличение своего годового бонуса

Паника на финансовых рынках в конце января, приведшая к падению индексов и срочному снижению учетной ставки ФРС США на 0,75 процентного пункта, как оказалось, была вызвана действиями трейдера-одиночки.

Вначале французский банк Societe Generale стал в срочном порядке распродавать фьючерсные контракты на десятки миллиардов долларов. Затем стало известно, что действия банка были вызваны необходимостью "закрыть дыру" в без малого 50 млрд евро, образовавшуюся в результате работы Жерома Кервьеля, 31−летнего трейдера банка. Занимавший жутко невысокое положение в иерархии Societe Generale Кервьель, заработная плата и премиальные которого составляли всего 100 тыс. евро в год, обошелся банку в 4,8 млрд евро потерь.

История с Societe Generale и с нежданно получившим известность трейдером, впрочем, оказалась шибко запутанной. Так, первые сообщения о произошедшем в банке не нимало соответствовали тому, что было опубликовано всего сквозь неделю. Некоторые из финансистов вообще поставили под вопросительный мотив стопроцентную виновность трейдера в убытках, предположив, что таким образом банк пытается переложить ответственность за свои финансовые потери на оказавшегося козлом отпущения Кервьеля. Другие же отметили, что размах произошедшего продемонстрировал недостаточность внутреннего контроля в банке, что позволило трейдеру на протяжении больше чем года безнаказанно осуществлять незаконные операции, поставившие под вопрос само наличие банка.

В 1995 году убытки в 1,4 млрд долларов из-за действий трейдера Ника Лисона, позднее получившего шестилетний срок заключения, привели к продаже британского банка Barings голландскому ING. Теперь масштаб списаний в Societe Generale делает французский банк целью для слияний и поглощений. Объявив об убытках, Societe Generale уже обратился к своим акционерам с просьбой о срочной инъекции в 5,4 млрд евро в центровой доход банка. Правда, политический момент может подсобить финансовому институту сберечь независимость, как самое малое - от иностранных конкурентов.

Финансовый детектив

Убытки были вызваны торговлей фьючерсами на европейские биржевые индексы в прошлом году и в начале нынешнего. По утверждению банка, трейдер ставил на подъем европейских индексов, которые в суммарных объемах "значительно превышали допустимые". Как заявил президент Societe Generale Даниэль Бутон, трейдер-мошенник смог утаить эти позиции благодаря замысловатой схеме фальшивых торгов: каждая реальная сделка уравновешивалась виртуальной под несуществующие контракты.

Банк решил прикрыть открытые им позиции в ходе общемирового обвала котировок, что и привело к колоссальным убыткам. После этой новости торги акциями Societe Generale были остановлены, Fitch понизило долгосрочный рейтинг банка с AA до AA-, а S&P внесло его в список кандидатов на понижение. Финансовые регуляторы и прокуроры начали расследование, а глава банка, чье прошение об отставке было отклонено, отказался от зарплаты и бонусов на полгода.

Хотя Societe Generale сперва не хотел звать имя трейдера, сильно проворно оно оказалось в прессе. Виновником кризиса был назван Жером Кервьель - выпускник Лионского университета, работавший в банке с 2000 года. Трейдера отстранили от работы в офисе ещё за неделю до объявления о произошедшем, и он скрылся. Лишь после этого того, как банк обратился в полицию, Кервьель объявился и сообщил о готовности сотрудничать со следствием.

В начале своей карьеры Жером Кервьель работал в бэк-офисе , где занимался финансовым контролем, и лишь в 2005 году перешел в трейдинг фьючерсами. Прекрасное знание внутреннего контроля в банке позволило ему таить свои действия от проверок на протяжении весьма долгого времени. Самое интересное, что, осуществляя, как сказали в банке, "гигантское мошенничество", трейдер не старался выудить личную выгоду. Он пытался заработать денежки для банка, надеясь на увеличение своего годового бонуса. Так, более того по официальным расчетам, в 2007 году Кервьель заработал для банка 54,3 млн евро прибыли по закрытым на 31 декабря позициям, вследствие этого мог полагать на бонус в 282 тыс. евро. Но в ходе расследования финансовой полиции стало известно, что действия Кервьеля с начала прошлого года позволили банку заработать 0, 93 млрд евро "скрытой прибыли".

В течение нескольких дней Keрвьелю было предъявлено четыре обвинения, охватывая злоупотребление доверием и мошенничество. Самое серьезное из них - злоупотребление доверием - влечет семилетнее тюремное заключение и штраф в 750 тыс. евро. Однако адвокаты Кервьеля, Элизабет Мейер и Кристиан Шарьер-Бурназель , обвинили генерального директора банка Societe Generale Бутона в том, что, стремясь унять клиентов, он опубликовал письмо, в котором выставил их подзащитного мошенником и "навешал на него всех собак". Настаивая на его виновности, руководство Societe Generale стремится сформировать дымовую завесу, которая отвлечет внимательность общественности от намного более крупных потерь, повиниться в каковых банк не хочет.

Вопросы

По мере того как детектив около французского трейдера продолжал разворачиваться (сделав по ходу из Кервьеля очередную знаменитость: его имя в настоящее время одно из самых популярных на поисковых сайтах), стали очевидны нестыковки в объяснениях, предложенных банком. Так, прежде было заявлено, что трейдер начал применять махинации в прошлом году, и до 18 января этого года банку ничего не было о них известно. Однако следствие установило, что Кервьель осуществлял неавторизованные транзакции с 2005 года и что Eurex, биржа по торговле деривативами, еще в ноябре 2007 года поставила под вопрос действия трейдера.

Впрочем, даже если подобные расхождения и могут быть объяснены появлением новой информации, вся история в версии Societe Generalе по-прежнему вызывает навалом вопросов. Главным остается вопрос о том, как трейдер-одиночка с окончательно небольшими полномочиями по индивидуальным транзакциям мог вскрыть позиции более чем на 47 млрд евро - даже в том случае, если ему удалось сагитировать своих непосредственных боссов в том, что эти позиции всецело хеджированы?

Как утверждает банк, Кервьель покупал торгуемые на бирже фьючерсы, но формировал фальшивые контракты, чтобы хеджировать свои риски. Это он осуществлял посредством проведение фальшивых транзакций по продаже контрактов OTC, не торгуемых на бирже, покупателями которых выступали крупные финансовые институты. В различие от торгуемых контрактов контракты OTC не закрываются на ежедневной основе, потому Кервьель мог отменять сделки и заменять их на новые. То, что он якобы вел дела с крупными финансовыми структурами, позволяло ему избежать проверок по поводу кредитного лимита по его сделкам. Лишь когда одна из фальшивых сделок - по некоторым данным, с Deutsche Bank - превысила кредитный лимит, вся цепочка махинаций была открыта банком.

"Вполне вероятно, что группа трейдеров может иметь в распоряжении открытые позиции общей номинальной стоимостью в десятки миллиардов. Но крайне сложно представить, чтобы в нормальных условиях таковой объем открытых позиций мог обладать всего лишь единственный трейдер", - сказала "Эксперту" на условиях анонимности трейдер одного из европейских инвестбанков в Лондоне.

Проблему могла начать и сама модель торговли фьючерсами. Так, французские банки известны тем, что они воздвигают стратегию торговли фьючерсами на основе исторических корреляций между различными индексами. По мере того как рынки становятся более эффективными, разбежки в движениях индексов, на которых пытаются игрывать при торговле фьючерсами, сокращаются. Это вынуждает банки размещать большие объемы контрактов. "Рост объемов и ликвидности привел к тому, что торговлишка фьючерсами стала более сложной при меньшей марже. Поэтому ее осуществляют более крупными сделками, чем еще немного лет назад. Но в любом случае корпоративный объем 47 миллиардов евро должен был показаться странным при всякий проверке. Тем более для такого молодого трейдера", - говорит в беседе с корреспондентом "Эксперта" фондовый менеджер одного из лондонских хедж-фондов.

Еще один вопрос: как фиктивные сделки Кервьеля не проявились на счетах Societe Generale? Ведь когда началось падение акций, банк был вынужден выплачивать компенсации по потерянной стоимости фьючерсных контрактов. Если бы действия Кервьеля были легитимными, то они были бы покрыты платежами от контрагентов по хеджированным контрактам. Но так как контракты были фальшивыми, то никаких средств не поступало. Аналитики, с которыми побеседовал корреспондент "Эксперта", полагают, что, учитывая масштаб торгов по деривативам Societe Generale, там могли не безотлагательно отметить это несоответствие. Но в конце каждого месяца, при подведении банком итогов по сделкам и проверке состояния счетов, недостача должна была бы обнаружиться. По всей видимости, случившееся означает, что организация внутреннего контроля во французском банке не соответствовала выросшему за последние несколько лет инвестбанковскому подразделению, в особенности в сфере трейдинга. Учитывая, что Кервьель превосходно знал бэк-офис (включая внутренний контроль) и сам осуществлял сделки, он оказался в ситуации, очень удобной, чтобы эксплуатировать тот самый недочет Societe Generale.

Распродажа

Скандал с трейдером и понесенными убытками сделал Societe Generale целью для конкурентов, которые стали присматриваться, не обрести ли им этот французский банк или его части. Так, рынок полон слухов о том, что Credit Agricole и BNP Paribas - два из трех крупнейших банков Франции - заинтересованы в том, чтобы обзавестись Societe Generale. Муссируются слухи и о том, что в качестве покупателей могут обозначиться испанский Santander, английский Barclays, германский Deutsche Bank или итальянский UniCredit.

Однако иностранным банкам, по всей видимости, придется сложно. Анри Гуэно, особый советник президента Франции, заявил, что руководство страны "не будет стоять в стороне, если хищники попытаются употребить масштабом потерь Societe Generale и заполучить надзор над банком". В банковских кругах это было воспринято как знак иностранцам о том, что Париж постарается покинуть Societe Generale во французских руках.

Лондон

Keywords: